Пайки для танкистов и «больше туда не вернусь». Как российские подрядчики снова получают призывы к войне

Рацион:В вермахте существовала специальная «Норма питания для войны». Это были так сказать два набора продуктов: горячая пища и комплект, который солдат носил при себе. Горячую еду выдавали каждый день, а второй вариант ели уже тогда, когда горячей пищи не поступало.

В состав «холодного рациона» входил хлеб (750 гр.), колбаса/сыр/консервы рыбные (100 гр.), конечно же сигареты (7) или же сигары (2), масло (70 гр.). В состав «горячего рациона» входил картофель ( 1 кг.), мясо (250 г.), кофе натуральный (8 гр.). Однако, в силу того, что танкисты редко могли получать горячее питание, из-за своего образа войны, изначально им полагались всякие добавки.
А именно:
— Дополнительно 850 консервов мясорастительных, из крайне качественной датской говядины, которая в Европе тех лет была эталоном.
— 500 граммов кнакебротов – то есть сухих хлебцев, из черного хлеба. Надо сказать, немецкие танкисты по бумагам питались исключительно черным хлебом, за счет его питательности.
-Шоколад или сухой лимонад (маршгетранк).

А начиная с 1943-го года добавили:
— 200 граммов сала.
— 25 граммов пресованного кофе.
— 10 граммов сахара.
Итого,суточная калорийность составляла 4500кк. Но, по воспоминаниям Отто Кариуса, в боях зимой 41-42-го, ели они, лишь замерзший хлеб.

Немецкие танкисты любили хорошенько выпить, хотя, если в первый год войны выдавалась одна бутылка на экипаж, то в 1942-ом году экипаж получал полбутылки водки один раз в полтора дня, а начиная с 1943-го лишь по воскресеньям получали алкоголь. Но все мы знаем, алкоголь зло! Даже великого Курта Книспеля зло, постигло. огда Курт увидел, как надзиратель лагеря бьет советского военнопленного, не преминул помочь пленному, и сам напал на надзирателя, его прогнал пинками, а пленному выдал сигарет. На следующий день, за Куртом приехала военная полиция, но его командир роты с большими усилиями отбил своего лучшего танкиста.

Медицина:
Например, это вечные проблемы с гигиеной, причем, довольно часто рассказывается о вечных заболеваниях немецких солдат болезнями ЖКТ, и их был так много, что во Франции создали целую дивизию из людей, страдающих этими недугами. По факту, танкисты жили в своих танках,и извечная проблема была хорошенько помытся и привести себя в порядок. Но, когда морозы спадали, немецкие танкисты могли отмыться, и главное хорошо провести время, перед и после боя. Можно было побриться, ведь во время регулярных боев такой возможности нет, а надо было соответствовать уставу.

Очень часто, всплывает образ, немца играющего на губной гармошке, однако играли они на различных видах инструментов, которые попадались под рукуИз других развлечений были карты, с изображениями вождей Третьего Рейха. Настольные игры от танкового варианта морского боя, до игры про жизнь солдата. Так же немцы не брезговали красть государственное имущество. Отметился в этом деле опять же Курт Книспель, который умело крал из железнодорожных вагонов не только еду, но и выпивку, которую прятал в воздушных фильтрах своего «Тигра».

Прикрепленные изображения

«Невольно захочешь подстраховаться»

У россиян есть только два союзника – сухой паек и тушенка. Так, с учетом текущих реалий можно переиначить крылатую фразу про армию и флот, предположительно принадлежащую императору Александру III. За две недели после объявления Кремлем частичной мобилизации потребительский спрос на эти два товара вырос, соответственно, на 81% и 34%. Что, по словам опрошенных «МК экспертов, весьма симптоматично.

Подскочили и средние цены: сегодня упаковка с сухим пайком стоит 1198 рублей, банка говяжьей тушенки – 170, свидетельствует статистика, полученная компанией – оператором фискальных данных в период с 21 сентября по 5 октября 2022 года. А по данным сервиса аналитики маркетплейсов, продажи продуктов в категории «Консервы мясные» выросли на 287% в период с 20 по 30 сентября по сравнению с предыдущей десятидневкой. Все эти показатели идеально согласуются с результатом исследования Фонда «Общественное мнение», проведенного недавно в 104 населенных пунктах РФ: уровень тревожного состояния россиян поднялся с 35% (18 сентября) до 69% (25 сентября).

В принципе, нашим людям не привыкать к разного рода лихолетьям. В смутные времена безотказно срабатывает генетическая память, заставляя скупать муку, гречку, тушенку, макароны, соль, мыло, спички, сгущенку, свечки, растительное масло. Все это хранится бесконечно долго. В истории случались и более радикальные примеры повышенной востребованности: так, осенью 1983-го советский народ бросился в аптеки за йодом, который в сочетании с водкой якобы помогает выводить радиацию из организма. Более того, школьников учили надевать противогазы, строем идти в бомбоубежище и овладевать азбукой Морзе. Накануне, 1 сентября, истребитель-перехватчик Су-15 сбил южнокорейский пассажирский «Боинг» – инцидент обострил международную напряженность и сделал осязаемой угрозу ядерного апокалипсиса.

Что касается сухого пайка (сегодня в армии он фигурирует под названием ИРП – индивидуальный рацион питания), найти его не так просто. В военторгах он заканчивается быстро, в интернет-магазинах цена постоянно растет. В небольшую коробку весом 2,1 килограмма плотно уложены продукты, рассчитанные на суточное потребление. Основная еда состоит из двух полноценных сытных блюд: гуляш с картофелем и рис с курицей и овощами.

«У нас по мобилизации призвали около 300 тысяч, – говорит ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников. – Плюс десятки тысяч спешно выехало за границу – Казахстан, Киргизию, Грузию, другие страны. И вот эти две категории как раз и закупились сухпайками и тушенкой. Во-первых, на сборный пункт надо взять с собой то, чем с высокой долей вероятности вас не обеспечат. Мотивация понятна: даже если тебя всем снабдят, людям свойственно подстраховаться. Брали эти продукты с запасом, чтобы еще и членам семьи осталось. Беглецов от мобилизации обуревали примерно те же мысли: как я там обустроюсь в первые дни, не нарвусь ли на некачественную еду? Уж лучше пусть все будет под боком, в машине».

Впрочем, прирост продаж на 81% и тем более на 34% – не слишком много в физическом, абсолютном выражении (хотя в относительных цифрах впечатляет). Раньше эти продукты не пользовались повышенным спросом. Допустим, рассуждает Масленников, обычно семья покупала в месяц две банки тушенки, а купила три-четыре. Речь идет о локальном всплеске, относящемся к двум конкретным категориям граждан: во-первых, к мобилизованным и их семьям, во-вторых, к покинувшим страну после 21 сентября лицам. В феврале и начале марта была совершенно другая картина: потребительский, покупательский ажиотаж охватил буквально все население – поскольку никто не понимал, чего ждать после начала спецоперации.

«Я бы еще добавил, что в последние недели в российских аптеках резко увеличились продажи автомобильных аптечек – в ряде регионов рост превысил 80%, – отмечает главный научный сотрудник Института экономики РАН Игорь Николаев. – Плюс повышенным спросом стали пользоваться курсы оказания первой медицинской помощи, как краткосрочные, так и долгосрочные. Кстати, весьма недешевые. Все одно к одному: на фоне неопределенности тревожные настроения усиливаются, люди пытаются подстраховаться любыми способами. И это абсолютно адекватная реакция на события. Инстинкт самосохранения гонит в магазины – за сухпайками, тушенкой и другими продуктами с практически бессрочной годностью. Разумеется, производители не упускают столь редкую для себя возможность повысить цены».

Опубликован в газете «Московский комсомолец» №28886 от 10 октября 2022

Заголовок в газете:
Суровая еда времен СВО

Война выигрывается не только оружием, но и хорошим снабжением, правильно организованным питанием солдат. Это прекрасно понимало и командование Красной армии во время Великой Отечественной. Чем отличались рационы танкистов и летчиков, почему тушенка на восточном фронте была только американской, как еда доставлялась на передовую, кому «наркомовские 100 грамм» наливали только по праздникам, а кому каждый день, и как «сталинские соколы» приспособили дальний бомбардировщик Ил-4 для перевозки черешни — читайте в материале «Известий».

Обед по расписанию

После начала Великой Отечественной большинство советских заводов встало на военные рельсы — начало работать на обеспечение фронта всем необходимым.

— Это не значит, что пищевая промышленность начинала выпускать снаряды. Но ассортимент продуктов, пригодных для использования на фронте, расширился: в больших количествах выпускали сухари, лапшу, пряники, консервы, — рассказал «Известиям» научный сотрудник Музея Победы Андрей Горбунов.

Солдатский паек был утвержден в сентябре 1941 года и включал 14 продовольственных норм — питание для летчиков, подводников, пехоты, караульных частей и т.д.

Чем сложнее была служба, тем питательнее еда, объяснил эксперт. Самыми «привилегированными» оказались летчики: их суточный паек весил 4712 килокалорий. У пехотинцев, артиллеристов, танкистов — около 3450 ккал. А вот если часть отводилась в тыл, в запас, довольствие падало ниже 3000 ккал в сутки.

Советский солдат, делящий с мальчиком кашу из своего котелка

— У нас была пятая, летная норма, это полноценные обеды, — рассказал «Известиям» Герой Советского Союза, летчик Василий Решетников. — Если бы я обедал сейчас по этой норме, то, наверное, разъелся бы. Туда входили хорошие закуски, супы с мясом, каши, фруктовые компоты. Еда была очень качественная — даже лучше, чем в довоенное время.

В основу же рациона среднестатистического солдата входили хлеб, крупы, макароны, картофель, продолжил Андрей Горбунов. Рыба появлялась, если фронт проходил недалеко от моря, мясо — если в Центральной России. Также входили в рацион, но не всегда доезжали до бойцов сахар, соль, американский яичный порошок — «яйца Рузвельта», тушенка.

Тушенка стала таким же символом нашего военного быта, как и письма-треугольники, котелок с кашей или махорка, рассказал «Известиям» кандидат исторических наук, автор книг о русской кухне Павел Сюткин. Перед войной серьезные запасы этих консервов создали на армейских складах и базах Госрезерва. Но многие располагались в европейской части страны, и их захватили немцы.

— Оставшиеся запасы отечественной тушенки закончилась уже в 1942 году. Спасением стал ленд-лиз. Американская промышленность быстро освоила производство консервированной в сале и желе свинины по русскому рецепту, а само слово «тушенка» порой писалось латинскими буквами, — рассказал он «Известиям».

Овес для лошадей и людей

По словам Андрея Горбунова, в день на солдата — в зависимости от номера продовольственной нормы — было положено 700–800 г хлеба (зимой норма увеличивалась на 100 г), 800–900 г овощей, 100–170 г круп и макарон, 150–300 г мяса. Офицерам полагался дополнительный паек, куда входили, например, 40 г сливочного масла или сала, 20 г печенья, 50 г рыбных консервов.

Но зачастую конвои обеспечения не успевали за фронтом, и тогда эти нормы соблюдать не получалось. Неприкосновенным запасом для каждого бойца был сухой паек, состоящий из галет, сухарей, небольшого количества консервов. Считалось, что этого в случае участия в длительной операции без возможности подвезти питание, должно хватить на два-три дня.

— Стоит ли говорить, что всё это съедалось уже в первые день-два. А дальше солдаты зачастую добывали еду сами. Хорошо, если удавалось поймать рыбу. Но чаще довольствовались выкопанной на заброшенных полях картошкой, — отметил Павел Сюткин.

Были и участки фронта, до которых пищевые конвои с трудом могли дотянуться из-за плохих дорог, — в основном на северо-западе, продолжил Андрей Горбунов. Там жили по принципу «что довезли, то и будем есть». Овса было много — им кормили и лошадей, и людей.

— Не хватало пищи и тогда, когда шли в наступление, и отрыв Красной армии от тылов составлял 80–100 км. Питание улучшалось, если удавалось захватить склады, которые находились под контролем немцев. Причем, если противник попадал в плен, его кормили точно тем же, что и советских солдат, — рассказал эксперт.

Доставляли пищу на фронт чаще всего по железной дороге, заметил Андрей Горбунов.

— На каждом фронте было несколько железнодорожных станций, у которых располагались склады. Если такой возможности не было, то гоняли грузовики. В некоторых местах машина пройти не могла — там продукты несли в руках или отправляли на собаках. Эшелоны с заводов со всем необходимым уходили каждый день, — рассказал он.

На фронте солдаты не готовили еду сами, продолжил историк. В каждом полку была полевая кухня с поваром и его помощниками. Питание было двухразовым — до рассвета и после заката. В конце дня повара получали отчет, сколько людей остались в живых, и только затем начинали готовить.

Бомбардировщик с черешней

Что пили на войне? С обычной водой проблем в основном не было, а вот с алкоголем история интереснее, говорит Андрей Горбунов. До июня 1942 года действовало правило «наркомовских 100 грамм» — столько водки полагалось в день на красноармейца и офицера войск первой линии действующей армии. Но затем по новому постановлению Госкомитета обороны водку стали получать только бойцы на передовой, участвующие в наступательных операциях.

— Алкоголь стали выдавать только тем, кто участвовал в боях, причем высокой степени тяжести. Если просто обменялись артиллерийскими обстрелами, это не считается, — рассказал Горбунов.

Все остальные бойцы получали 100 грамм только в дни общественных и революционных праздников.

Пить запрещалось, с этим боролись, продолжил историк. Но, конечно, ужас войны выдерживали не все — были случаи, когда люди выпивали технический спирт и после этого медленно и мучительно погибали.

Также выдавались махорка (солдатам) или сигареты (офицерам). Но тоже не всем. Некурящим женщинам выдавали вместо табака 200 г шоколада или 300 г конфет — но это уже с 1944 года, отметил научный сотрудник Музея Победы.

Солдаты угощают местных жителей махоркой

Чем ближе был конец войны, тем чаще случались у солдат маленькие радости. Василий Решетников вспоминает одну из них.

— На исходе войны наш полк дальней авиации дислоцировался в Прилуках, в Черниговской области. Бывало, летчики после боевого вылета не сразу добирались до своего аэродрома — если подбит мотор, возникли другие неисправности, то садились на первом подвернувшемся аэродроме. Кто-то из наших так сел в Джанкое, в Крыму. И сообщил нам, что там вовсю плодоносит черешня. Ах, черешня? Мы тут же снарядили в Джанкой бомбардировщик Ил-4, и он привез оттуда полные бомболюки черешни в ящиках. И мы объедались ей.

Случилась эта история уже на исходе войны. К тому времени и продовольственный паек постепенно увеличился, отметил Андрей Горбунов. Во-первых, сельское хозяйство и промышленность стали производить больше еды. Во-вторых, увеличивались поставки по ленд-лизу. В третьих, результатом наступательных операций были трофеи, в том числе и склады с продовольствием. И если в начале войны население делилось с отступающими солдатами едой, то потом уже солдаты зачастую отдавали часть продуктов жителям освобожденных территорий, рассказал историк.

«Танк даже не ездил»

Боевая задача была обстреливать Ирпень, что в пяти километрах от Бучи. Две недели артиллеристы каждый день стреляли, а пехота пыталась взять город. «Наши делали туда три-четыре захода, но дальше пятисот метров продвинуться не смогли, не то что его взять. У украинцев стояли танки, а наша пехота была на БМП — это не пробьет танк. Каждый день возвращались с потерями».

Им говорили, что скоро их сменят. «Скоро, мол, придут другие. Сейчас поселок возьмем — и вас сменят. Скоро уже». Но никто не приходил.

19 марта по российскому танку прилетел снаряд украинской артиллерии. Он взорвался и загорелся, началась паника, с него огонь перекинулся на соседние танки, в итоге один успели отогнать, а шесть танков сгорели дотла, рассказывает Сергей.

Вместе с машинами сгорели все вещи, от спальников до трусов, даже бронежилеты с касками и автоматы.

Christopher Furlong/Getty Images

Подпись к фото,

Ирпень, 26 мая

Ирпень российские военные так и не взяли. 2 апреля, когда минобороны заявило об отводе войск с киевско-черниговского направления, роту Сергея обстреливали шесть часов — «высунуться не могли». Выждав еще час, который прошел без единого выстрела, они вышли из подвалов, выпустили по 28 снарядов в сторону украинцев и поехали назад. Почти все танки сгорели, так что 40 военным пришлось облепить броню трех имевшихся — и ехать снаружи.

Предбоевые инструкции для экипажа

В первых числах марта батальон, в котором был Сергей, заехал в Бучу: «Мы артой прикрывали пехоту». Встали в самом центре города, вышли из танков — и через полчаса в них прилетел снаряд: «Сразу минус два замкомандира полка, наш комбат и куча рядовых». Так погиб еще один сослуживец Сергея из-под Краснодара.

AFP via Getty Images

Уничтоженная в Буче российская бронетехника, 4 марта 2022 г.

Когда командир погибает, нового назначают из тех, кто остался жив. Опытных при этом на фронте мало: в основном всем по 19-20 лет, говорит Сергей. «Были редкие командиры орудия, которые по пятерке отслужили. Наш командир орудия служил 12 лет, но ни разу в боевых действиях не был, в части только сидел. У него кукуха съехала через неделю. Он напился и полез на второй этаж дома, вдалеке разорвался какой-то снаряд — он спрыгнул вниз, переломал ноги. Его забрали, денег не выплатили, сейчас в психушку ходит».

В Буче солдаты начали грабить пустые дома и магазины: «Жрать было нечего с самого начала, мы забирали консервы и хлеб». Жили в подвалах многоэтажных домов — в одном конце местные, в другом — российские военные.

«Если на наши позиции местные заходили — их брали, допрашивали и почти сразу убивали. Они по телефонам посылали ВСУ тэги нашего расположения. Бывало, сидишь, мимо мужик на велике проехал, и через минуту по нам прилетает очень точно. Да там такие кадры попадались — на квадроцикле едет, всех нас снимает на телефон, у него на шлеме было написано «Воин света», а на квадрике — «Световоин», ***. Его поймали — убили сразу».

При этом о фотографиях массовых захоронений из Бучи Сергей говорит, что «есть и постановочные». На некоторых кадрах он узнавал ямы, которые российские военные сами копали, чтобы маскировать танк: «А на фото рядом крест стоит. Но это не могильные ямы, мы же знаем. А они выставляют, что вот типа трупы». Это противоречие его же словам о том, что местных военные расстреливали, потому что подозревали в помощи ВСУ, Сергей не объяснил.

Подпись к видео, Внимание: Контент других сайтов может содержать рекламу.

Военные много пили, говорит Сергей. Алкоголь находили везде — по домам, в магазинах. Водка, виски, бурбон, настойки, джин, ром, коньяк, граппа и чача. Но если в этот момент приходили координаты по цели — вылезали и шли стрелять пьяными.

— Трезвели от адреналина?

— Да нет. Отстреляли и дальше пошли бухать.

— А с женщинами что делали?

— По-разному было. Я ничего. И моя первая батарея тоже ничего.

«Никаких целей, никакого плана»

19-летнего Сергея призвали в армию весной 2021 года и уже в августе предложили заключить контракт: в последние годы минобороны переводило на эту форму службы как можно больше молодых людей, цифры были важны для отчетов ведомства о количестве профессиональных военных в армии.

В конце января его с сослуживцами — младшему было 18 лет — отправили на учения в Беларусь. «Мы узнали, что мы едем на Украину 23 февраля», — говорит Сергей. Солдатам сказали, что «если там наверху ничего не решат до ночи», то все едут. И выдали сухой паек на три дня.

— Сбежать было нельзя?

— Там бежать уже некуда.

На «идеальных, начищенных, подготовленных механиками» танках ехали до Чернобыля без обстрелов. Первый случился в Гостомеле — по батальону из почти 600 человек прилетели снаряды украинской артиллерии: «Сразу пять трупов и десятки раненых, даже тех, кто сидели внутри — все равно пробивало. БМП-2 тонкие, и их спокойно пробивает».

Уничтоженный под Киевом российский танк, март 2022 г.

Пропустить Подкаст и продолжить чтение.

Что это было?

Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.

Конец истории Подкаст

В тот день Сергей увидел первого в жизни мертвеца: погиб его 19-летний сослуживец, с которым вместе служили под Краснодаром.

Полк Сергея «порыл каких-то окопов» и остался в лесу на ночь. В тот день обстреляли не только их — по словам Сергея, украинские войска «полностью разбили одну дивизию», и ночью оставшиеся в живых люди брели по лесу «куда-то, фиг пойми куда». «Ну, наши начали по ним стрелять. Те закричали». Насколько Сергей знает, обошлось одним раненым.

Утром проехали пару километров до другого леса. Украинцы в это время разбомбили склад, где была первая стоянка полка (в распоряжении Би-би-си есть видео ударов).

Никаких целей, никакого плана у командиров не было, говорит Сергей. Даже еды не было, выданные на три дня сухпайки растягивали на неделю.

«Почему нет еды, никто не объяснял. Наши командиры тоже не ели. За командира полка не знаю — но у них же есть разведвзвод, который все магазины чистит, так что они ели вдоволь, думаю».

Обычное снаряжение

Снаряжение повышает боевую эффективность, но приводит к снижению доходности боевых машин, особенно это касается масел и бензина.

Подкрученный регулятор оборотов

В июле полк Сергея вывели в Попасную — «город из руин, уничтоженный обеими сторонами, куда каждый день прилетают бомбы от ВСУ», — и он сбежал. Сдал оружие командиру в руки и уехал.С ним бежали еще семь человек из разных городов.

10 июля на границе у Первомайска они встретили подполковника погранслужбы, сказали: «Мы ушли с войны, что нам делать?» По словам Сергея, тот ответил: «Вы тут не одни такие, я по сотне каждый день вижу, щас приедет КамАЗ и увезет на пункт допроса ФСБ».

Там контрактников долго не допрашивали, говорит Сергей, лишь удивлялись рассказам об убитых: «У нас-то говорят, что потерь нет никаких», — пожимали плечами следователи. Из Каменск-Шахтинска Сергея забрал друг на машине. В часть он не поехал. За пять месяцев войны он получил около 700 тысяч рублей, примерно по 140 тысяч в месяц.

Через несколько недель Сергея вызвали на допрос в военную комендатуру. «Спрашивали, когда вышел из зоны действий, почему. Я сказал, что надоело, и показал видео разбитой и сожженной дотла нашей дивизии в Буче (это видео есть в распоряжении Би-би-си)». Контрактника отпустили.

А 23 сентября Сергея снова вызвал к себе военный прокурор. В части ему дали направление на медкомиссию и сказали: «Выхода у тебя два. Или в тюрьму, или обратно туда поедешь».

Артиллерист три дня просидел за видеоиграми (предпочитает хорроры) и решил никуда не ходить. Он поговорил с адвокатом и теперь выбирает из двух вариантов: получить условный срок за расторжение контракта и неподчинение мобилизации или использовать в военкомате заключение от психиатра.

Другой контрактник Сергей Боков с Урала, который в мае рассказывал Би-би-си, как безуспешно ездил брать Киев, в воскресенье успел выехать в Казахстан и планирует получать гуманитарную визу в Германии.

Антон из Иваново 25 сентября снова уехал на передовую.

Улучшенное снаряжение

Улучшенное снаряжение эффективнее и намного дороже обычного. Наиболее целесообразно использовать данное снаряжение в командных, клановых боях и при игре «на результат».

Штатный большой ремкомплект

• Олеся Герасименко
• Би-би-си

28 сентября 2022

Anadolu Agency via Getty Images

Контрактников, уволившихся из российской армии после первых месяцев войны, снова отправляют на передовую — уже по законам мобилизации. Чтобы опять не оказаться на поле боя, воевавшие молодые люди бегут через границу, соглашаются на тюремный срок, идут в психиатрические клиники — и рассказывают Би-би-си, почему они это делают.

— Я по специальности наводчик в артиллерии. Так что лично с оружием в руках — я не убивал. Моя работа как выглядела: корректировщик с биноклем дает координаты цели, офицер рассчитывает угол, я навожу прицел и нажимаю рычаг — он не железный, это не тяжело. Убитых я не вижу. В артиллерии тебе говорят «цель отработана» — и все.

— А где этому учат?

— Ну по идее в армии, но у меня ничего такого не было. Мы в части за время моего контракта два раза выезжали — просто покататься и понаводиться на цель. Никуда не стреляли.

— Получается, что вы впервые в жизни стреляли, когда заехали на территорию Украины?

— Да. В первый раз мы выстрелили под Бучей.

— То есть вы первый раз в жизни на войне — и выстрелили там же первый раз в жизни?

20-летний Сергей из Краснодара поначалу говорит с Би-би-си отрывисто и неохотно. В июле он бежал из батальона в Попасной, несколько месяцев сидел дома, ни с кем не разговаривая о том, как пять месяцев воевал. 23 сентября ему позвонил военный прокурор и сказал: «Или ты в понедельник снова едешь туда, или ты сядешь». «Я назад ехать не готов», — говорит Сергей. За пять месяцев войны он видел «почти все — и больше не может».

«Им всем по 19 лет. И теперь они пропавшие без вести»

Полк Сергея вернулся в Россию через Беларусь. Уже на первой остановке уйти захотели две роты по 90 человек в каждой. Но командиры убедили их, что они все сядут в тюрьму — и роты остались в батальоне.

В Белгороде они просидели две недели в палатках в лесу, на КамАЗе ездили в город покупали еду — потому что там «тоже не кормили, никаких сухпайков не было». Там Сергей дважды писал заявление об увольнении, писал отказ от спецоперации — и «ниче, никуда оно не доходило по-любому, мы отдавали их командиру полка — он их даже не читал».

Контрактник из другого батальона, 19-летний Антон из Иваново рассказывает Би-би-си, что его с товарищем командиры в мае «пугали трибуналом, гнобили, орали, что расстреляют в спину, если повернемся и уйдем». «Но некоторые ребята прямо так, без рапорта, уезжали, на карауле оружие складывали и уходили. Постоянно уезжали. Батальон связи — их там 60-80 человек, например, вообще все отказались. Вплоть до того, что командира в наручниках хотели в Иваново везти».

«Знаете, там были такие ребята, которые фанатичные, которые добровольцами на месяц, на три месяца контракт заключили. Они идут в бой вместе с нами, заходят, потом разворачиваются прям на поле, ложат оружие и говорят «Я всё» — и уходят. Мы тоже в итоге просто уехали на попутке».

— А что случилось? Почему?

— Вы снайпер, говорите, что пробыли на войне две недели и участвовали в трех боях. Вы считали, скольких людей убили?

— Там нет времени считать.

Предбоевые инструкции к оборудованию

В середине апреля Сергея отправили обратно на территорию Украины. По дороге к границе сломался, казалось бы, новый танк — его двигатель нагревался до 120 градусов каждые три километра. «На таком ездить нельзя, мы останавливались и ждали, пока остынет. Его 12 дней ремонтировали, и, как только сняли с КамАЗа, который доставляет технику до границы Украины, мы с ним поехали за ленточку — и через 5 км он снова закипел. Теперь его повезли на ремонт в Луганск — но там снова не удалось починить».

Все это время, говорит Сергей, он думал, как убежать. «Я каждый день просыпался с мыслью, что хочу отказаться». Но в итоге обнаружил себя в «буханке», которая везла его на передовую без танка вторым наводчиком к другому экипажу.

Сергея привезли под Изюм. «Но наш полк его не брал. Мы стояли там просто месяц и ни разу не выстрелили с арты. Мы смазывали танки да окопы копали. По ночам ходили в патрули. Ну, туда хоть еду привозили».

Отряды, которые в начале апреля в Изюм заходили, выбраться оттуда не могли: «У них же эти жовелины. Нам танкисты рассказывали, как заводишь танк там, думая уехать — и тут же от жовелина прилетает». (Javelin — американский переносной противотанковый ракетный комплекс, украинским войскам их поставляют США.)

Из-под Изюма Сергея отправили брать мост, названия которого он уже не помнит, в 20 километрах от Лисичанска. Украинские войска стояли на холме и обстрелами не давали навести понтоны. «И там мы тоже просто стояли. Не стреляли. Я не знаю, почему и зачем. А танки, которые уезжали к реке, планируя пересечь ее по понтонам, обратно не возвращались оттуда». Вокруг и вдоль дорог там когда-то был лес — в апреле его подчистую выжгла артиллерия, говорит Сергей.

Его полк ушел в сторону Лисичанска. Там военным сказали занимать село Берестово, стоявшее на дороге, откуда было видно все леса вокруг: «Двадцать один дом. Мы его брали полторы недели».

SOPA Images/Getty Images

Полуразрушенный в ходе военных действий мост, связывающий Лисичанск с Северодонецком

Шли слухи, что у Лисичанска стоят три полка ВСУ с полутора тысячами военных, а на заводе за Лисичанском — их пять тысяч. «Нас на то время было уже очень мало — два полка объединили в один, и все равно осталось человек 300. И там почти не было людей старше 20. Все шли по призыву и подписывали в части контракт, не думая, что могут оказаться на войне».

Из заехавших со стороны Беларуси в феврале 600 человек в батальоне Сергея к этому времени осталась одна рота в 90 человек, говорит он. По словам другого контрактника, Антона, за каждый недолгий бой он видел «около 10 человек раненых, около 10 убитых».

И Антон из Иваново, и Сергей из Краснодара утверждают, что украинская артиллерия «по два-четыре раза в день» использует кассетные и запрещенные Женевской конвенцией фосфорные бомбы (видео одного из обстрелов, похожее на мерцающий салют, есть в распоряжении Би-би-си, но в условиях военного времени редакция не может подтвердить или опровергнуть достоверность этой записи). В отрядах российских контрактников кассетные бомбы тоже были, Антон утверждает, что ими стреляли «только в ответ», Сергей — что им «не разрешали использовать это оружие».

Во время войны организация Human Rights Watch сообщала, что и Россия, и Украина используют кассетные бомбы. Би-би-си также находила свидетельства применения Россией кассетных боеприпасов.

Снаряжение World of Tanks

Снаряжение — принадлежности и расходные материалы, позволяющие улучшить характеристики танка или экипажа, или же восстановить повреждение во время боя. Аптечки, ремкомплекты и огнетушители после их использования уходят на перезарядку на 90 секунд, после чего их можно применить повторно. Расходуются данные типы снаряжения только после первого применения, повторные использования не считаются отдельно. Остальное снаряжение действует весь бой и каждый раз должно устанавливаться на танк заново (исключение: «Подкрученный регулятор оборотов»).

В обновлении 0.9.19 для установки на технику стали доступны особые личные резервы, именуемые предбоевыми инструкциями. Они делятся на два типа:

инструкции для усиления эффекта от установленного оборудования;
инструкции для усиления изученных или активации неизученных навыков/умений экипажа.